Ленинградский областной суд осудил нескольких человек, в том числе по двум эпизодам ч. 5 ст. 228.1 УК РФ (с 1 апреля по 7 ноября 2019 года и с 1 апреля по 21 ноября 2019 года) и по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ; одному из них суд определил бессрочную изоляцию от общества. Защитники обратились в Верховный Суд РФ.
Какой довод сработал по ст. 228.1 УК
Коллегия переквалифицировала два эпизода по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ в одно преступление и заново назначила наказание. Кроме того, она признала решение о бессрочной изоляции неоправданным с учётом поведения осуждённого после преступления.
Почему Верховный Суд с ним согласился
Верховный Суд указал, что предпосылки для вывода о стремлении осуждённого искупить вину и исправиться имелись: это подтверждают представленные документы о заключении им контракта на военную службу, участии в боевых действиях и тяжёлом ранении. По оценке коллегии, бессрочная изоляция в такой ситуации лишает наказание исправительной функции и по существу исключает достижение одной из его целей. После переквалификации наказание за единое преступление по ч. 5 ст. 228.1 УК РФ составило от 16 до 20 лет, окончательное по совокупности для одного из осуждённых — 21 год лишения свободы в колонии строгого режима со штрафом 400 000 рублей, для двух других — по 16 лет 6 месяцев. Довод защиты о незаконности конфискации отклонён: суд проверил происхождение денег и обстоятельства покупки автомашин, допросил осуждённого и свидетелей и мотивировал решение.
Что это значит в похожей ситуации по ст. 228.1 УК
- Документы о контракте на военную службу, участии в боевых действиях и ранении после преступления суд может учесть как подтверждение стремления к исправлению.
- Если обвинение разбило одну деятельность на несколько эпизодов за пересекающиеся периоды, вопрос о единой квалификации можно ставить и в Верховном Суде.
- Учёт такого поведения не означает освобождения: в этом деле сроки остались длительными.
- На конфискацию это не влияет, если суд подробно проверил происхождение имущества и мотивировал решение.
Решение: Верховный Суд Российской Федерации, дело 33-УДПР25-7СП-А2, 14.08.2025.
